О чём праздник Благовещения? Как стяжать смирение? Чем отличается смиренный человек от гордого? Об этом рассказал митрополит Святогорский Арсений в проповеди в праздник Благовещения Пресвятой Богородицы, 7 апреля 2021 г. Предлагаем к прочтению эту архивную проповедь.
Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.
Сегодняшнее Евангелие начинается повествованием о зачатии святой праведной Елисаветою Иоанна Предтечи. Евангелист делает акцент на том, что уже в старых летах, в заматорелом возрасте Захария и Елисавет, не веря, что будет отнято от них поношение, что они будут родителями в столь престарелом возрасте, не верят даже зачатию Иоанна Предтечи. Вернее — бояться поверить, и поэтому Елисавет таится месяц пять, то есть пять месяцев она никому не говорит о том, что непраздна.
В шестый же месяц в Назарет к Божией Матери послан был архангел Гавриил. Он приветствовал Её словами: «Радуйся, Благодатная! Господь с Тобою». В смущении стояла Царица Небесная пред архангелом. Она воспитывалась в храме Иерусалимском. И мы знаем из житийных сказаний, что архангел Гавриил являлся Ей во Святая святых, наставляя и питая Её. Поэтому Божия Матерь стояла перед ангелом в смущении не по той причине, что боялась явления небожителя. Смущение Её происходило от Её глубочайшего смирения.
Мы очень мало знаем о Божией Матери. При Своей жизни Она мало кому была особо известна. Не так часто встречается имя Её на страницах Нового Завета. Святые отцы объясняют это ещё и тем, что в I в. было гонение на христиан, последователей Христовых. Апостолы старались сохранить Божию Матерь от преследований и гонений, и поэтому упоминали о Ней в Евангелиях кратко и немного, а в некоторых местах и прикровенно, называя Её «другая Мария», как читаем в Евангелии от Матфея: «прии́де Мари́я Магдали́на и друга́я Мари́я» (смотр. Мф. 28:1). Под «другой Марией» здесь подразумевается Божия Матерь.
И вот явился Ей архангел со словами приветствия «Радуйся, Благодатная! Господь с Тобою» и возвещает Ей великую тайну, что от Неё родится Мессия, ожидаемый народом Израильским и всем миром. «И наречёшь имя ему Иисус», — сказал архангел. Иисус и означает «Спаситель» в переводе.
Божия Матерь в смущении стояла, недоумевая. Зная, что Она дала обет хранения девства, Мария ответила архангелу: «Ка́ко бу́дет сие́, иде́же му́жа не зна́ю?» — «Дух Святы́й на́йдет на Тя, и си́ла Вы́шняго осени́т Тя, те́мже и ражда́емое Свя́то нарече́тся Сын Бо́жий» (смотр. Лк. 1:34–35).
***
По преданию Иерусалимской Церкви, архангел Гавриил являлся Божией Матери дважды. Один раз — у источника в Назарете, когда Она черпала воду. Во второй раз — когда Она, прочитав в книге пророка Исаии слова: «Се, Де́ва во чре́ве прии́мет и роди́т Сы́на, и нареку́т и́мя Ему́ Эмману́ил, е́же есть сказа́емо „с на́ми Бог“» (смотр. Ис. 7:14, Мф. 1:23), — сидела пряла и размышляла над этими словами пророка. Она думала так: «Господи! Каково величие той Девы, Которая родит Сына Божия, Мессию, Спасителя мира! Вот бы Мне хотя бы последней служанкой быть у Неё!..». Поэтому на древних иконах Благовещения Божия Матерь изображается держащей кудель и нить с веретеном (как иконописцы и искусствоведы называют этот иконописный сюжет — «Божия Матерь прядущая»). На иконах западного образца Богородицу часто изображают с раскрытой книгой перед Нею, акцентируя внимание на том, что Она только что читала книгу пророка Исаии и теперь размышляла над прочитанными словами.
***
Если задуматься, братья и сестры, здесь смирение встретилось со смирением. И смирение даже не в лице архангела Гавриила — смирение Божие встречается со смирением человеческим.
Смирение — это одно из качеств Божиих. Смирение — это одна из высочайших добродетелей христианина.
Здесь Господь, будучи Любовью, — а, как говорят святые отцы, второе имя Бога после имени Любовь — это смирение, — со смирением спрашивает разрешения у Божией Матери воплотиться для спасения мира! Бог спрашивает у человека разрешения прийти в мир и взять на Себя человеческую плоть! Божия Матерь могла бы отказать, испугавшись такой ответственности и высоты такого призвания. Но мы слышим из уст Божией Матери слова: «Се, раба́ Госпо́дня. Бу́ди Ми по словеси́ твоему́» (смотр. Лк. 1:38).
«Дух Святы́й на́йдет на Тя, и си́ла Вы́шняго осени́т Тя, те́мже и ражда́емое Свя́то нарече́тся Сын Бо́жий».
В храме мы слышим такие слова: «Иде́же бо хо́щет Бог, побежда́ется естества́ чин» (из догматика 7-го гласа), — то есть законы природы. Так и в данном случае Дева чистая, целомудренная, смиренная действием Духа Святого, Одного из Лиц Святыя Троицы, из Своей пречистой плоти начинает, как ткань, ткать плоть для Того, Кто всю Вселенную держит в горсти.
Как солнечный луч проходит через чистое стекло, не разрушая его и сохраняя свои свойства тепла и света, так и Божество непостижимо и ангелам неведомым способом вошло в утробу Пречистой Девы. И как младенец зачался Тот, о Котором будут потом говорить во всём мире как о Боге Истинном, принявшем на Себя истинное человечество.
И чтобы Божия Матерь уверилась в его словах, архангел открывает Ей тайну: «Так и родственница Твоя Елисавета уже шестой месяц как имеет во чреве» (смотр. Лк. 1:36).
***
Елисавета была престарелой, и зачатие ею ребёнка тоже было чудом. Поэтому, как мы знаем из Евангелия, которое читается на богородичные праздники и на молебнах Царице Небесной перед Её святыми иконами, Божия Матерь спешит из Назарета «в го́рняя со тща́нием, во град Иу́дов, и вни́де в дом Заха́риин, и целова́ Елисаве́т» (Лк. 1:39–40), — то есть приветствует её.
И Елисавет, слыша приветствие Божией Матери, восклицает слова, которые запишет евангелист Лука, навсегда показывая истинность и правду исповедания Девы Марии Богородицей в нашем православном мире и во обличение всем сектантам, всем, кто не признают Божию Матерь истинной Богородицей.
«Егда́ услы́ша Елисаве́т целова́ние Мари́ино, — пишет евангелист, — … испо́лнися Ду́ха Свя́та Елисаве́т, — то есть Духом Святым было открыто ей. — И возопи́ гла́сом ве́лиим, и рече́: и отку́ду мне сие́, да прии́де Ма́ти Го́спода моего́ ко мне? Се бо, я́ко бысть глас целова́ния Твоего́ во у́шию мое́ю, взыгра́ся младе́нец ра́дощами во чре́ве мое́м» (смотр. Лк. 1:41–44).
Елисавета первой открывает Божией Матери свою тайну, что имеет во утробе Иоанна Предтечу: «Взыгра́ся младе́нец ра́дощами во чре́ве мое́м». И дальше как бы Саму Божию Матерь утверждает в вере, говоря Ей о том, что сбудется, свершится то, что обещано Ей от Бога (смотр. Лк. 1:45).
А здесь тоже видно, что Елисавета ведь не знала ничего о явлении архангела. Это первые её слова при встрече, а она говорит о том, что «бу́дет соверше́ние глаго́ланным Ей от Го́спода».
И Божия Матерь, слыша такие слова от святой праведной Елисаветы, от Своей сродницы, которая величает Её как Божию Матерь, которая повторяет обетование архангела, отвечает Елисавете: «Вели́чит душа́ Моя́ Го́спода, и возра́довася дух Мой о Бо́зе Спа́се Мое́м…» — как бы говорит: «Не Мне честь, не Мне величие, не Мне слава — Господу». И эти слова не просто сказаны Ею — они сказаны в свете смирения Её души и добродетели смирения. «Я́ко призре́ на смире́ние рабы́ Своея́», — осознавая и говоря о Своём недостоинстве, как бы говорит: «Кто я такая?..» И тут же пророчески говорит то, что Духом Святым и Ей открыто: «Се бо, отны́не ублажа́т Мя вси роди́». И как бы оправдываясь, опять же говорит: «Я́ко сотвори́ Мне вели́чие Си́льный», — то есть: — «Это не Моя святость, не Моя праведность — это всё Он, Бог, Промыслитель, Податель всяких благ, Бог, Иже кого хочет мертвит, кого хочет живит». «И свя́то и́мя Его́», — говорит дальше Божия Матерь.
Дальше в Евангелии сказано: «Пребы́сть же Мариа́м с не́ю я́ко три ме́сяцы, и возврати́ся в дом Свой» (Лк. 1:56). То есть до девяти месяцев непраздности Елисаветы Божия Матерь пребывала в доме святой праведной Елисаветы, и они беседовали друг с другом, назидаясь, проводя время вместе в молитвах — мать Иоанна Предтечи и Матерь Господа нашего. Назидаются высокой, возвышенной беседою друг с другом, будучи избранницами Божиими.
***
Божия Матерь уйдёт прежде рождения Иоанна Предтечи, потому что евангелист пишет: «Пребы́сть же Мариа́м с не́ю я́ко три ме́сяцы, и возврати́ся в дом Свой», — и только потом описывает события, связанные с рождеством Иоанна Предтечи.
В Назарете, мы знаем, что Божия Матерь тоже претерпела скорбь. Иосиф, Её обручник, 80-летний старец, которому было поручено хранить Её девство, увидел Её непраздной. И он укорял Её, потому что человеку невозможно было постигнуть таковую тайну. И, как все, считал: если женщина имеет во чреве не от мужа, значит она непраздна от прелюбодеяния. Как по-другому может мыслить земной человек? По закону иудейскому женщина, имеющая во чреве не от мужа, была побиваема камнями. Но Иосиф был праведным и не хотел Её обличить перед всеми и этим подвергнуть её страшной мучительной смерти побиением камнями. Он хотел тайно отпустить Деву Марию, чтобы ушла Она, никто об этом не знал, и он не был виноват бы в Её смерти.
Но ангел во сне явился Иосифу и рассеял его сомнения. Ангел сказал: «Не бойся приять Мариам, жену твою, — как бы этим говоря, что Она верна тебе и Она ни в коем случае не изменилась: — Рождаемое в Ней от Духа Святого. И наречеши имя Ему Иисус» (смотр. Мф. 1:20–21). Обращается к Иосифу как к отцу, потому что традиция была, что отцы нарекали имена. Хоть и Иосиф был лишь мнимый отец, но ангел говорит ему, что он должен наречь имя, этим ещё подтверждая, что всё от Бога.
«…наречеши имя Ему Иисус, ибо Он спасёт людей от грех их». Родится Спаситель мира, Мессия.
Вот почему Иосиф так потом будет оберегать Божию Матерь. Когда Ирод ополчится и 14 тысяч младенцев в Вифлееме убьёт, услышав, что родился Царь в Вифлееме, Иосиф, 80-летний старец, будет сопровождать Божию Матерь и в Египет, где они будут жить три года до смерти Иродовой. Пока не явится опять ангел Иосифу и скажет: «Возвращайтесь домой, потому что умерли искавшии душу Младенца». И они вернутся домой, на свою Родину. Но перед этим три года проживут в Египте в скитаниях, в бедноте, в нищете… Юная Дева с Младенцем Христом на руках да 80-летний старец, который как мог заботился о Них.
<…>
Сегодня, как я говорил, смирение встречается со смирением. Смиренный Бог встречается со смирением в лице Божией Матери и спрашивает разрешения у Неё воплотиться в этом мире, чтобы спасти мир. И слышит смиренные слова ответа Девы Марии: «Се, ра́ба Госпо́дня. Бу́ди Ми по словеси́ твоему́».
Смирение — это величайшая добродетель, без которой, говорят святые отцы, невозможно спасение. Преподобный Антоний Великий, египетский пустынножитель, видел видение: весь мир опутан бесовской паутиной. И Антоний, глядя на это, в таких расстроенных чувствах сказал: «Господи! Да кто же может избежать этих сетей, раскинутых дьяволом, сетей искушений?» И голос был Господень: «Антоний, сих сетей избегают только смиренные. Эти сети не смеют к ним прикоснуться».
Без смирения нет спасения. Любая добродетель без смирения не спасает. Будь то пост, будь то молитва, будь то хождение наше в храм, будь то творение милостыни — если оно с самомнением, с гордостью, самолюбованием делается, то не приносит нам пользы. Даже молитва… А смирение спасает человека уже без других добродетелей, потому что смирение само по себе есть совокупность добродетелей.
Первое средство для стяжания смирения — это неосуждение. Именно неосуждение приводит к всматриванию внутрь своих глубин души и рождает у человека смирение и последующее покаяние, осознание собственного недостоинства. Потому что если Бог смирен и если человек стремится к смирению, он близко к Богу, он близок Богу. А приближение к Богу человека смиряет. Тогда человек видит своё несовершенство, своё недостаточество по сравнению с совершенством Божиим. Поэтому он и смиряется.
Потому, если видим смиренного человека, то знайте, что этот человек Богу близок.
И со смиренным человеком, с послушным, кротким легко везде: будь то в монастыре, будь то в семье, будь то на работе в коллективе, будь то в общественном транспорте или в магазине… Смиренный готов уступить тебе место, а себя поставить рядом и радоваться тому, что он сотворил добродетель, уважил человека.
***
Как говорят святые отцы, смирение бывает трёх степеней. Первая степень — смирение перед старшими, а с равными обращение как с равными. Вторая степень смирения — смирение перед равными, а с младшими обращение как с равными. Третья степень смирения — смирение перед младшими и почитание себя хуже всякой твари. Вот почему святые отцы говорят, что глуп тот духовник, который сразу учит пришедших в монастырь новоначальных аскетизму, молитвенному деланию, каким-то подвигам аскетичным. Они говорят, что новоначального в монастыре надо учить послушанию и уважению к старшим. А почему? Да потому что это первая степень смирения: смирение перед старшими, а с равными обращение как с равными.
Но и здесь не должен человек останавливаться, а ставить себя и дальше в рамки смирения. Как говорится в Писании, Господь даёт молитву молящемуся. Так и даёт смирение смиряющемуся. Смирение — это дар Духа Святого. Это не то, что мы изнутри себя выжимаем или пытаемся показать. Нет. Смирение — это дар Духа Святого, его надо заработать, ставя себя в рамки смирения и постоянно сохраняя себя в них. Это не смиренничание лицемерное на показ, а именно переламывание себя, когда человек ставит себя в рамки смирения для стяжания благодатного смирения как дара Духа Святого.
Вот оно какое смирение, братья и сестры, вот как оно приобретается и что даёт человеку.
Мы читаем Евангелие, но такое впечатление, как будто мы его в жизни не читали! Ведь в Евангелии Господь Своих учеников и нас просит: «Научи́теся от Мене́, я́ко кро́ток есмь и смире́н се́рдцем» (Мф. 11:29). Не говорит: «Научитесь ходить по водам, как Я ходил». Он не говорит, чтобы мы чудеса научились творить. Нет. Даже не говорит, что «поститесь так, чтобы от вас кожа и кости остались». Ничего этого Господь не говорит. Он говорит: «Научи́теся от Мене́, я́ко кро́ток есмь и смире́н се́рдцем». И после этого продолжает: «И обря́щете поко́й душа́м ва́шим. И́го бо Мое́ бла́го, и бре́мя Мое́ легко́ есть» (Мф. 11:29–30).
В гордости жить — это мука. У гордого человека все не такие, все плохие. Со всеми перессорится человек, и мира у него в душе не будет. Даже если уж и сказал кто-то ему обидное слово, — гордый человек придёт домой и ещё будет эту ситуацию перебирать: надо было ему то сказать, надо было так высказать! что же я промолчал?..
И покоя, мира нет у него. А у человека смиренного — мир, спокойствие, все ему хороши, потому что он говорит: «Грешный я, хуже всех».
***
Я хочу привести пример смирения, о котором я услышал в Египте и который поразил меня. Поразил! И, думаю, братья и сестры, не менее поразительна эта история будет и для вас.
Коренное население Египта — копты. Они ведут родоначалие ещё со времён фараонов и потом приняли веру во Христа.
Надо сказать, что копты претерпели много мучений. Ведь арабы тем, кто говорил на коптском языке, а не на арабском, отрезали языки. У коптов до сих пор у каждого на запястье выколот крестик. Мы спросили, почему этот крестик выколот. Они говорили: «Это с древних времён у нас. Если ребёнок останется сиротой — чтобы было ясно, что он крещён». В младенчестве крестили с древнейших времён. Крестик легко снять и сказать, что ребёнок другой веры — или иудей, или мусульманин. А уже выколотый крест показывал: нет, это христианин. С младенчества накалывали крест на запястье.
Так вот в X в. халиф каирский призвал к себе мусульман, иудеев и христиан. И сказал: «Я не собираюсь слушать ваши споры. Я просто от каждого из вас хочу услышать о вашей вере». Иудеи же сказали: «Здесь присутствуют христиане, которые признали Мессию Христа. Мы Его не признаём, мы мессию ещё своего ожидаем. Поэтому в их присутствии мы ничего говорить не будем». И ушли.
Халиф был разгневан на такое их поведение. И евреи, чтобы себя оправдать, решили по-своему подставить христиан. Они пришли к халифу и сказали: «У христиан в Евангелии от Матфея есть такие строки: „Имеешь веру как горчичное зерно — скажи горе ‚сдвинься‘ — и она сдвинется“. Халиф, вот у нас цитадельная гора, где стоит твой дворец. А вот напротив в Каире посреди города есть другая гора. Пускай христиане сдвинут эту гору, если их вера истинная».
Халифу понравились такие слова. Он призвал патриарха Авраама и сказал: «Даю вам три дня сроку. Делайте, что хотите, но у вас написано, что вы можете горы передвигать по вере вашей. Вот вам гора. На третий день она должна сдвинуться. Если этого не произойдёт, значит ваша вера лживая. И тогда вы выбираете один из трёх способов, как мне с вами поступить. Первый: вы тогда все должны будете принять мусульманство. Второй: вы должны будете покинуть Египет. Третий: я должен буду вас всех казнить».
Патриарх Авраам собрал всю свою паству, наложили пост. Народ день и ночь плакал, пребывая в храме. И патриарх был в храме, молясь с народом. Прошёл день. Гора стояла на месте. Прошёл второй. Гора стояла на месте… Патриарх в отчаянии рыдал в храме с народом. И явилась ему Божия Матерь и сказала: «Не бойся. Собирай весь народ и идите к этой горе сегодня ночью. По дороге вам встретится Симеон-сапожник. Вы его узнаете — у него нет одного глаза. Этот человек сдвинет гору».
Патриарх с народом пошли из храма к горе. По дороге им встретился идущий навстречу человек без одного глаза, в бедной одежде. Патриарх остановил его и спросил: «Ты Симеон-сапожник?» — «Да, я, Ваше святейшество». — «Расскажи свою жизнь. Как ты живёшь?» — «Я обыкновенный сапожник, живу бедно. Добродетелей за собой никаких не знаю. Считаю, что я самый грешный человек в мире. Все спасутся, а я погибну». — «А почему у тебя нет одного глаза?» — «Я сапожник. Однажды ко мне пришла женщина отремонтировать обувь. И подняла подол платья. Я, взглянув на её ногу, пленился блудными помыслами. Но я читал в Евангелии: если око тебя соблазняет, вырви его и выбрось. Я взял и выколол себе глаз, чтобы не отпасть от Христа за свои грешные мысли».
Тогда патриарх, видя в Симеоне великого, духовного человека, по-младенчески доверчивого ко Христу, взял его с собой, и они вместе пошли к той горе.
И вот всю ночь народ стоял, подняв руки и восклицая «Кирие, элейсон» («Господи, помилуй». Наутро пришёл халиф с войском. Собрались иудеи посмотреть на позор христиан. Гора стояла на месте. Народ же с патриархом и сапожником Симеоном — смиреннейшим жителем города Каира — стоял и не прекращал молиться Богу. И когда начало восходить солнце, вдруг раздался грохот, и гора, оторвавшись от земли, поднялась в воздух. И щель получилась между висящей в воздухе горой и землёй, от которой она оторвалась, и сквозь эту щель солнечные лучи осветили всё пространство и светили на людей, стоявших напротив горы.
И гора, поднявшись, начала двигаться. Христиане в радости и в слезах, восклицая «Кирие, элейсон!», шли за этой горой. И она летела 3 километра, и потом стала. Она до сих пор стоит, эта гора. И геологи современные, исследуя породы и слои геологические в этой горе, и слои под горою, говорят, что они абсолютно разные, не совпадают. Но геологические породы горы и того места, где она стояла в Каире, идеально совпадают — они как единое целое. Тем более, зрителей этого чуда было — тысячи народа. Все видели, что произошло.
Халиф принял христианство.
В той горе сделана церковь. Огромная пещера под гору уходит, там в глубине пещеры — алтарь, и ступени амфитеатром восходят от алтаря до самого верха. Гора нависает над ними слоем высотой не меньше, чем 80 метров. При том, что там очень рыхлая порода — или песчаник, или известняк. И когда мы спросили: «Когда вы тут собираетесь, не боитесь, что на вас может рухнуть?» Они ответили: «Мы Церковь мучеников. Умереть в храме нам не страшно». В прошлом году только на Вербное воскресенье в этой пещерной церкви причащалось 20 тысяч человек. Так народ почитает это место по нынешний день.
Это великое чудо, которое в наши головы, кажется, не может вместиться, но которое есть в истории Коптской Церкви и сохраняется в росписях многих египетских храмов. А именно изображается, как гора висит, оторвавшись от земли, и солнце под ней лучами освещает пространство. Это чудо совершилось, оно было.
И совершил это чудо человек глубочайшего смирения.
Вы понимаете, что такое смирение? Смирение — это не малодушие. Смирение — это не унижение. Смирение — это сила. Смирение — это то, что связывает человека с Богом. Смирение — это то, что даёт человеку силы дерзновенно просить у Бога, что хочет. И смиренному Бог всё исполнит.
***
И сегодня, братья и сестры, мы тоже свидетели великого чуда, причиной которого стало смирение: Бог, Творец мира, в горсти держащий Вселенную, становится человеком, смиренно испрашивая на это разрешение у смиреннейшей из рода человеческого — Божией Матери. «Се, раба́ Госпо́дня. Бу́ди Ми по словеси́ твоему́».
Старайтесь, братья и сестры, не только читать о смирении. Евангельские слова: «Научи́теся от Мене́, я́ко кро́ток есмь и смире́н се́рдцем», — вложите в уши, в сердце свое, в жизнь! На практике покажите это.
Ведь Господь же сказал: «И́го бо Мое́ бла́го, и бре́мя Мое́ легко́ есть». Он как бы говорит: «Это не тяжело для вас будет, иго бо Мое благо и бремя Мое легко есть. Ты сам, человек, страдаешь от гордости своей, от строптивости своей, от непослушания своего».
Я знаю это на своём личном опыте, братья и сестры. Я много раз раскаивался за то, что не слушал Бога, Его святые заповеди, духовника. Но я ни разу не раскаялся в послушании, ни разу не раскаялся в смирении.
Помоги Господи, братья и сестры, нам всем не только слушать Священное Писание, но и слышать. И слышать, не столько умом понимая — сердцем! И в этом да поможет сегодня Царица Небесная, Пресвятая Владычица Богородица.
У нас две иконы сегодня лежат: Божией Матери — это смирение и послушание воли Божией, а рядом — Христос, распятый на кресте, о Котором скажет апостол: «Послушли́в был Отцу Своему Небесному даже до смерти, смерти же крестныя» (смотр. Флп. 2:8).
Послушлив. Помните слова Христа в молитве в Гефсиманском саду, когда пот, с которым Он молился, как капли крови падал? Господь говорил, человечеством изнемогая: «Отче Мой! Аще возможно, да минует Меня чаша сия». И потом слова: «Впрочем не Моя воля, но Твоя воля да будет» (смотр. Мф. 26:39).
Везде, братья и сестры, смирение даёт нам жизнь. Без смирения не было бы нас. Смирение и любовь не расторгаемы, потому что любовь жертвенна. Человек себя на последнее место ставит и жертвует собой ради любви к другим, а жертвовать собой невозможно без смирения. У гордого человека «я» на первом месте. А у смиренного — все остальные, а «я» — на последнем. Недаром говорят: «Я — последняя буква в алфавите».
Так что, детвора — слушайтесь родителей. Монашествующие — слушайте своих духовных отцов и матерей. Христиане — слушайте своих пастырей и архипастырей. А пастыри и архипастыри, дай Боже, чтоб слушались Христа и Его Евангелия Святого, которое для всех нас общий духовник. Для нас духовник — Христос и Его Святое Евангелие. Если кто скажет, что духовники сейчас не такие и духовные матери недостаточные — открывай Евангелие: там всё написано то, о чём тебе говорят духовные отцы и духовные матери. Слово в слово, мысль с мыслью, чувство с чувством. Всё одно и то же. Это мы пытаемся оправдать свою гордость, а её не оправдывать надо, а ломать! Потому что она нас уводит в погибель. Она делает нас причастными бесам, потому что им свойственна гордость.
Как бес, явившись, говорит преподобному: «Ты постишься, а я не ем. Ты бодрствуешь, а я не сплю. Ты просишь у Бога: „Господи, умножь во мне веру“, — а я не только верю — я знаю, что Бог есть, — сказал бес преподобному и дальше продолжил: — Но в одном ты, старец, выше меня. Ты имеешь смирение и покаяние, а я не имею».
Вот что нас, людей, рабов Божиих, отличает от бесов — имение смирения и покаяния, в котором дай, Господи, нам возрастать как в добродетелях, которые здесь, на земле, нам будут в радость, потому что мы обрящем покой душам нашим по слову Христовому, и в вечности врата райские откроют. Аминь.
Цей запис також доступний на: Украинский
Ukrainian
Русский